My-Hit

Как только эту женщину не называли!  Хотя родилась она в семье австрийского фельдмаршала с пышными титулами и фамилией: граф Франс Йозеф Кински фон Шинник унд Теттау. Он скончался до рождения дочери, а матушка умудрилась спустить в казино все семейное состояние. Росла Берта София Феличита Кински в непростой обстановке: с одной стороны – графиня – музыка, языки, книги, этикет – с другой —  родня фельдмаршала смотрела на дочь матери-игроманки брезгливо.

В поисках самостоятельности Берта устроилась гувернанткой в семью баронов фон Зутнер. А там возник роман со старшим сыном Зутнеров Артуром. Но и тут не повезло: родители Артура решили, что имеют дело с хитрой нищебродкой, которая задумала окрутить юнца. И указали ей на дверь. По объявлению в газете она попадает секретаршей к Альфреду Нобелю – тому самому магнату, изобретателю динамита, идеалисту. И хотя связь с Артуром восстанавливается вплоть до замужества, переписка с Нобелем еще длилась годами – она была для него другом, единомышленницей, но не более.

Графиня Кински и барон фон Зутнер были лично знакомы с грузинской княгиней Екатериной Дадиане-Чавчавадзе, та дала приют отверженной в венском обществе паре. Артур и Берта пробыли в Грузии 10 лет, на особнячке в котором они жили, есть мемориальная доска в честь Берты.

В 1877 году во время русско-турецкой войны Артур репортер венских газет, ездит на передовую. Берта – сначала с ним, потом идет работать в кутаисский лазарет. И сталкивается там с несовершенством медицины, нехваткой медикаментов, кадров, склоками между Красным Крестом и военным ведомством, антисанитарией, эпидемиями…

Берта тоже стала пробовать писать. А что – муж свое имя в газетах утвердил, почему бы и ей не попробовать. И вот в 1889-м выходит ее книга «Долой оружие!», ошеломившая весь мир.

Может,  так уже не пишут – тяжеловесно, а местами выспренно. Хотя военные эпизоды хороши, анализ описываемого времени интересен, а некоторые фразы актуальны до сих пор: «Почему право считаться патриотами присвоили себе военные?» «Долой оружие!» — крик женской души о том, что за геополитическое надувание щек, щеголяние воинственностью кто-то вынужден платить оторванными ногами, вырванными кишками, кровью детей, мучительной смертью в госпитальном бараке…

Но было еще в это время несколько важных моментов, повлиявших на мировоззрение Берты. В 1887-1888 гг. супруги гостили у Нобеля в Париже, где наблюдали бешеный французский реваншизм: штыками вернуть от «бошей» Эльзас и Лотарингию, разобраться с «изменниками» — сторонниками депутата Ф.Пасси, который считал войну аморальной по сути, неэффективной экономически и требовал решения межгосударственных споров на принципах международного арбитража. Берта его взгляды разделяла.

То поколение помнит европейские выставки русского баталиста Василия Верещагина. Его картины и выставки – мерзкая изнанка любой войны. С верещагинских выставок люди выходили потрясенные.

Альфред Нобель, отдавая по завещанию свой капитал на пять знаменитых впоследствии премий, одну специально выделил для поощрения идеалистов, борющихся за сплочение наций, за ликвидацию или сокращение постоянных армий или развитие мирных инициатив».

Берта фон Зутнер – уже к тому времени знамя пацифистского движения – стала пятым лауреатом Нобелевской премии мира и первой женщиной, удостоенной этой награды. «Генераллисимус миротворцев», «фурия пацифизма», «национальная предательница», «мирная Берта» — так, по-разному, ее называли. Пусть наивна (а каким должен быть идеалист?), выспренна, нередко политически недальновидна, но, думается,  свою премию она заслужила больше, чем в наши дни некоторые политики. В том числе и молдавские.

Берта фон Зутнер умерла от рака 21 июня 1914 года – за полтора месяца до Первой мировой войны, изменившей и человеческие судьбы, и границы многих государств. Берта эту войну уже не застала, но знамя пацифизма, ею поднятое, подхватили своими руками другие ее сторонники.

(По материалам СМИ)